Саймон Уильямс всегда мечтал о свете софитов, но судьба приготовила ему роль, которую не напишешь в голливудском сценарии. Наследник империи по производству оружия, он оказался в тени более успешного брата, влача существование второстепенного актера в мыльных операх. Его жизнь была пародией на голливудскую сказку — вместо оскаров и красных дорожек его ждали бесконечные пробы на роли «красивого парня на втором плане» и легкое презрение индустрии.
Всё изменилось, когда бизнес семьи оказался на грани краха. Отчаявшись, Саймон принял «помощь» от коварного Барона Земо, который предложил ему экспериментальные ионные излучатели. Результат превзошел ожидания: Саймон обрел невероятную сверхсилу, способность летать и… фирменный вибриевый костюм, достойный самого экстравагантного костюмера в Беверли-Хиллз. Так родился Чудо-человек.
Но даже здесь Голливуд не отпустил его. Его карьера супергероя напоминала путь звезды блокбастеров с непредсказуемым агентом. Он пережил период «черной личины», став злодеем Чудо-мастером, — этакий бунтарский этап, который любят показывать в байопиках о взлетах и падениях. Позже он буквально воскрес из небытия, став медийной сенсацией, — лучший пиар-ход, о котором только мог мечтать его имиджмейкер.
Саймон использовал свою славу с истинно голливудским размахом. Он открыл собственную киностудию «Wonder Studios», став одновременно продюсером, каскадером и главной звездой. Его жизнь превратилась в ситком, где съемки фильма о Мстителях соседствовали с реальными битвами за спасение мира, а светские тусовки — с вылазками суперзлодеев.
В этой сатирической истории Голливуд — не просто фон, а главный антагонист и союзник одновременно. Здесь слава измеряется не только спасенными мирами, но и рейтингами, а истинная суперсила — это умение оставаться в тренде. История Саймона Уильямса — это остроумное зеркало, отражающее абсурд и блеск фабрики грез, где даже у спасения вселенной должен быть хороший саундтрек и выгодный ракурс. Это рассказ о человеке, который в погоне за аплодисментами нашел нечто большее, но так и не смог — да и не захотел — снять свой ослепительный костюм.
